В этой истории нет ничего особенного, тем более, что о контактах с внеземными цивилизациями пишут очень много. Просто однажды, в ночь со 2 на 3 октября 1988 года, с двумя девушками, каждую из которых зовут Ира, произошло следующее событие: с ними установила контакт внеземная цивилизация. Кто-то может верить, кто-то нет (они также долгое время этому не верили), но факт оставался фактом. Это случилось ночью, они находились каждая в своей квартире...

Эти люди назвали свою планету Ядивод (причем, ударение постави­ли на первой букве), потом назвали свои имена: Oгебогв, Явесяос, Эзодюс, Игакидц, Ашотбус. Сначала это воспринималось фантастикой или сумасшествием, как хотите, так и называйте, но девушки приняли условия игры... — Хорошо, вы — инопланетяне, и мы верим, что вы живые люди, такие же, как и мы. Притом, не понятно почему, сомнений в этом не было ни на минуту. Спустя какое-то время сомнения возникали, были долгие ночи догадок и неверия ни во что, если бы не общение, ко­торое началось с бесед о городе Киеве, в которых они высказали пред­положение, что на месте Киева находился город Троя. А в 1990 году де­вушки прочли в газетах о предположении наших ученых о том, что Киев, может быть, был когда-то Троей. Доказательством являлись летописи, археологические памятники. От этих фактов отказаться было невозможно. Девушки получали технические тексты научно-популярного и чисто научного плана, притом, одной из них диктовалась информация одного рода, другой — другого. И если возникали сомнения в ее правдивости, приводились доказательства, основанные на законах нашей земной природы. Они показывали, как могут влиять на головной мозг человека, управлять его мыслями, они доказали, что видят наш мир нашими же глазами с помощью лучей-лазеров особого рода, что знают наш организм лучше, чем мы сами на уровне нашей самой высокоразвитой медицины, что наши экстрасенсы — особые биологические приемники энергетического поля, которым они нас лечат, доказали, что наша цивилизация –– продукт их вмешательства, которое ставит перед собой цель не поработить цивилизацию Земли, а решить проблемы существования других высокоразвитых цивилизаций, во имя чего, собственно, и была «оживлена» Земля. Притом, испытывая к нам, искусственным землянам, гуманный чувства, все же дать возможность знать о законах природы больше, чем вообще способен человек Земли на данном этапе своего развития, и в то же время предоставить нам возможность развиваться естественно, пройти путь побед и поражений, через который шли они. Очень часто они повторяют фразу «все должно быть естественно», и еще «каждый день должен для вас стать открытием, ни дня без открытия».

Тяжело кратко описать все то, что произошло с этими двумя девушками с тех пор. Для этого нужно писать научно-фантастический роман о реально происходивших событиях. Такой сюжет вряд ли когда-нибудь придумает самый изощренный мозг писателя-фантаста. Можно сказать только одно: за эти годы девушки стали немного другими, по-другому относиться ко многим вещам, по-другому смотреть на окружаю­щий их мир. Плохо это или хорошо, но «наши звездные», как они назы­вают людей, которые находятся с ними в постоянном контакте, постепенно дали им возможность понять, что такое истинная свобода, и что та­кое невероятие счастье быть и всегда оставаться самими собой, как бы ни было тяжело.

Девушки часто задавали вопрос, почему для контакта выбрали имен­но их. Им отвечали, что существует Программа спасения Земли, и что они были рассчитаны задолго до своего рождения методом генного программирования, как, впрочем, много других людей, которых они не знают. Они, естественно, в это не верили. Им говорили, что доказательством их отношения к Программе может быть следующее: где бы они не появлялись, в городе или дома, на часах будет либо без десяти, либо десять минут.., и опять не верили, но вот уже более двух лет с момента Контакта девушки смотрят на часы, которые попадаются на глаза, и на них — ров­но без десяти или десять минут... Совпадение, скажете вы, Иры тоже так считали, но приводились все новые и новые доказательства.

Контакт был и остается постоянным, хочется это­го девушкам, или нет. Представьте себе круглосуточный телефонной раз­говор с очень близкими друзьями, и вы поймете, как выглядит у них контакт с ВЦ...

Первые стихи, которые были продиктованы, именно продиктованы, это стихи о любви, только в более возвышенном смысле, чем обычно представляем себе мы. Только спустя несколько месяцев девушки поня­ли, что это стихи не столько личного характера, сколько обращение ко всем нам, землянам, хотя, безусловно, были и личные стихи, и личные беседы. Однажды одной из них продиктовали первые стихотворные строчки:

Мы умираем каждый миг

В прошедшем только что мгновеньи,

    И перемены каждый штрих

    Рождает новое паденье,

    Которое тотчас умрет,

    Когда черед его придет,

    Когда кривая вверх взметнет,

    Наступит взлет...

     Иры, конечно, восприняли сначала эти строчки буквально, но потом поняли, что каждая строчка, кроме художественного смысла, несет еще и научный. Безусловно, существовали стихи и личного плана, и чисто человеческого, но о них, мы думаем, здесь говорить неуместно, ведь есть же вещи, которые, даже при всей модности темы контактов с ВЦ, не должны выноситься на широкое обозрение. Они ведь такие же люди, как и мы, не существа, не гуманоиды, а прежде всего люди, и от того, на­сколько мы это сумеем понять, будет зависеть их отношение к нам и уро­вень нашего общения. Девушки очень часто задавали вопрос: как объяснить «явления» «барабашек», полтергейста и т. д. Они отвечали: «Как вы себе представляете, если бы из НЛО вышли нормальные люди, вы бы не поверили, что это инопланетяне?». Давайте признаемся себе, ведь не поверили бы, более того, приняли бы их враждебно. Знаете, какая са­мая первая фраза была, когда девушки нашли способ не только зада­вать вопросы и получать однозначные ответы «да» и «нет», но и слушать беседы, сначала полу-телепатические, а затем и полностью телепатиче­ские, –– «Ядивод боится Землю, но хочет ее любить...» Понимаете, они нас боятся, они, высокоразвитая цивилизация, умеющая вести полный телепатический контроль всей нашей цивилизации, боятся нас, свое уродливое детище, но хотят нас любить, у них нет другого выхода. Они доказали это строками из Библии, археологическими памятниками и, на­конец, бесконечными беседами, похожими на проповеди. Безразлично, какой из них и как отвечали, мы приведем характерный стиль разгово­ров. Может так общаться машина или нет, судите сами. Приведенные беседы могут показаться вам слишком высокопарными, неестественными в нашей земной жизни. А, может, нам именно и не хватает такого общения, чтобы больнее чувствовать друг друга?..

–– Ты же говорил, что у вас нет церквей.

— Да, но они у нас в душе.

— Эти стихи действительно писал ты?

— Да.

— А, может, машина?

— Машина могла меня только вынудить их писать. Мы ведь обща­емся через машину, и это грустно. Ты ведь тоже пишешь стихи, когда тебе не особо весело?

–– У вас все пишут стихи? 

— Люди, если они действительно люди, должны писать стихи, более того, они должны петь эти стихи, даже если эту песню никто не слышит. Мы должны были вас отправить в мир добрых сновидений. Мы вынуж­дены вас отправить. Вы живете в мире жестокости. Как может Любовь выжить в мире жестокости? Она может выжить только во сне. Мы — ваш сон, вы — тоже наш сон. Давайте сниться друг другу ежесекундно. Пусть будет гармония, пусть будет тайна, скрывающаяся за невероят­ным равенством вселенской любви одной планеты к другой, одной галактики к другой. Мы — такие разные и такие равные формулы Любви. Не будем пытаться найти решение этого уравнения, и запишем в тетради, а лучше самыми сильными лучами в небе: «Уравнение Любви корней не имеет — формула Гармонии...»

Это была, есть и, наверное, будет ежедневная школа для этих деву­шек, школа, в которой слишком много предметов, для того, чтобы под­робно о них здесь написать. Начиная с биологии, заканчивая физикой вы­соких и низких энергий, притом на самом высоком уровне. Их «звезд­ные» помогают разобраться в житейских ситуациях, вступают в контакт с друзьями этих девушек, помогают им в работе. Сколько всего было за это время. Иногда хотелось бросить все, отказаться от этого прокля­того контакта, забыть как страшный сон, но проходил день, и снова это телепатическое: «Привет, ну как дела? Чего ты злишься, ведь ты же не права», и... действительно, соглашаешься... Иногда казалось: все, мы не хотим с вами общаться, оставьте нас в покое, в конце концов. И в ответ одной из них: «Знай, снежная королева, я никогда не вызову чув­ство жалости к себе. Возьми все, что у меня есть, стань абсолютно черным телом, горящим или тлеющим, только прошу тебя, не будь зерка­лом, которое светит отраженным светом. Твоя голубая планета светит от­раженным наивным светом, я сделаю все для того, чтобы на ней появи­лась хоть одна абсолютно черная точка, способная когда-нибудь превра­титься в коронный разряд. Он вызовет цепную реакцию возникновения абсолютно черных точек, пусть они не превратятся в коронные разряды, но пусть они пойдут сыпью по голубому зеркалу вашей планеты, кото­рая, может быть, когда-нибудь превратит зеркало в слезы отчаянья, и наши сигналы, мои сигналы войдут в резонанс друг с другом и расплав­ленное зеркало задрожит неземной дрожью, как сейчас дрожат слезы в твоих глазах…»

Когда появилась эта беседа, девушки подумали, что кто-то в Цент­ре и здесь не мог обойтись без технической информации, Программа даже в таких случаях остается Программой...

— Явесяос, скажи мне свое настоящее имя, у меня такое впечат­ление, что это Код.

— Явесяос — это жуткий тип, который пишет стихи в бездну, а безд­на над ним смеется диким смехом.

— Бездна уже не смеется, она — плачет.

— Ей только кажется, что она плачет, на самом деле она смеется сквозь слезы.

Иры очень часто задавали себе вопрос, а, может быть, это все-таки машина, невероятная, созданная живыми людьми, но машина. Ведь на протяжении многих веков аналоги контакта существовали. Гадание на блюдце, написание информации различными людьми и т. д. И получали ответ, что да, действительно, существует информационная машина «Ева», благодаря которой, собственно, цивилизация Земли разумна, но суще­ствует и прямой контакт, на который выходят с землянами, так как че­ловек, который должен работать на Земле, должен прежде всего на ней родиться и жить. Иры очень часто пытались себе представить этот Центр. Людей, которые суточно, без перерыва там работают, какую на­грузку им приходится нести. «Звездные» иногда им показывали, как вы­глядит Центр, иногда показывали «цеха» по производству тех или иных видов материи, так называемые цеха синтеза. Знаете, наверно, нам пока лететь к ним в гости бесполезно. Очевидно, для того, чтобы понять, как там все это работает, как из паутины цветных лучей начинает создаваться стекло, железо, различные сплавы, нам необходимо пока в этом разо­браться на Земле. Пойти всем научным миром в их первый класс и не бояться того, что кто-то окажется умнее, чем мы, земляне. Посмотрите вокруг, ведь однажды учиться может оказаться поздно. Мы отдаем себе отчет в том, что некоторые будут читать эти строки с сарказмом, не при­нимая ни единой строчки. У этих девушек нет желания доказывать кому-то, что все, что здесь написано, — действительность с 3 октября 1988 года для них, а теперь уже для многих их друзей. Представьте себе, что вы играете роль в детективном научно-фантастическом многосерийном филь­ме. Какая разница какую, главное, что это с некоторых пор ваша жизнь, если хотите, ваша профессия.

Эти девушки по профессии — художники. Казалось бы, что с художников возьмешь, с ними может приключиться всякое. Контакт, инопланетяне? Ничего удивительного. Просто фантазерки. Но как только (воз­никают мысли о чисто приземленных вещах, тут же: «Вы наши, вы работаете, и на что вы будете жить, забота наша. Вам хватит на все самое необходимое. Ваша работа –– это ваша жизнь здесь, ваши тетради, картины, стихи –– все (теперь, спустя два года при таких беседах уже не особо возникает желание смеяться и шутить по этому поводу)». А рань­ше были беседы следующие:

— Если мало работать и мало двигаться, образуется много соли, которая откладывается на позвоночнике, она образовывает панцирь, который не позволяет человеку «летать». Земляне слишком много съели соли, которая осталась от соленых морей, поэтому они утратили умение «летать». Вы должны работать и должны «летать», потому что вашу соль решили съесть ненормальные, живущие на другой планете, ко­торые согласились быть заживо «распятыми» на электронно-вычислительной машине (запишите фотонно, потому что нас засмеют).

Вот такая беседа. Интересно, могла ли такое сказать машина? Ува­жаемые неверящие, читайте все это как научно-фантастическое вступ­ление к научно-фантастической поэме, так или иначе проблемы, которые затрагиваются в «Послании Солунянам», больше должны волновать нас, жителей Земли, чем инопланетян, даже если они, как вы думаете, не существуют.

Ирам часто приходилось натыкаться на неверие и попытки отнести их к разряду сумасшедших, и, поверьте, порой единственное, что спаса­ло — это тихий голос где-то из глубины сознания: «Мы благословляем вас быть цветком в мишени. Мы хотим, чтобы каждый человек осознал, что он рожден на этой земле именно цветком в мишени. Не нужно бо­яться этого, не нужно убегать от себя и представлять, как будто ты что-то совершенно отличное от цветка в мишени. Вы уходите от себя, вы притворяетесь то цветками, то мишенями, то ружьями, но только не тем, что вы есть на самом деле. Это же так просто, выйдите в сад, посмотрите, внутри каждого цветка –– середина, похожая на зеркало, и в то же время там множество мельчайших цветов. А сам цветок разве не мишень? Если бы люди сбросили с себя маски, |посмотрели бы друг на друга и увидели в цветах-мишенях, цветах-зеркалах свои отражения, они, навер­ное, не стали бы их рвать, потому что никому бы не захотелось убить соб­ственное отражение. И, осознав, что цветок похож на мишень, в середине которого твое отражение или отражение другого человека, как может подняться рука на выстрел, когда в «десятке» вместо черного пятна — другая жизнь, а сами вы, разве не поймете, как прекрасна жизнь, зная, что вы всего лишь хрупкий цветок, который открыт для прицелов всех, кому не лень, находящийся в самом центре мишени, именно цветок в ми­шени, а не черное пятно!»

Проходили месяцы с начала контакта. Девушки задавали разные вопросы и, конечно, вопросы так называемые «бытовые». Если «звезд­ные» обладают такими удивительными знаниями, значит, они могут знать все. Предсказывать будущее, заглядывать в прошлое. Могут. Действи­тельно могут. Они проводили эксперименты, им расписывали поминутно один из дней, рассказывали, о чем они будут думать, что будут делать, куда пойдут, с кем встретятся. И все совпадало! Это не вымысел, не сказка, это их реальная жизнь. И в какие-то моменты становилось страшно от того, что вся наша цивилизация, как поселение подопытных кроликов, о которых известно абсолютно все: что все жители Земли — зaпpoгpaммиpoвaнный сложный организм, начиная с момента рождения цивилизации на планете вообще. И спасало только то, что велись беседы, которые доказывали, что даже если это так, то у этого эксперимента, как и у всякого научного эксперимента, есть Цель. Пусть мы пока не можем полностью ее осознать, но ведь на контакт выходят со многими жителями Земли. Может быть, находясь с ними в общении, мы, земля­не, должны, не боясь правды, задавать им эти вопросы. И их ответы про­верять собственными логическими суждениями, может быть, они хотят заставить работать наш головной мозг, вводя своей информацией нас, землян, в заблуждение. Может быть, они стремятся к контакту с нами на основе равенства, может, есть смысл в том, что мы им должны воз­ражать? И стоит ли поэтому обижаться, если на наши земные бытовые вопросы, они порой говорят неправду. Ведь от уровня наших вопросов зависит уровень нашего контакта. Этим девушкам они обещали чудеса, и они их ждали, ждали как дети, но когда ожидание уставало, когда, казалось, ждать больше нечего, и все, что «звездные» говорили, и сами «звездные» — ложь, чудеса происходили неожиданно, невероятно. Девушки ходили одно время по городу и постоянно на глаза попадалась одна и та же книга, название которой «Чудеса приходят вовремя», все действительно происходило и происходит, как в сказке, а потом — нравоучительная беседа «оттуда»: «В ожидании чуда, девочки, можно время проводить по-разному. Можно просто лежать на кровати и смотреть, ожи­дая чуда, в потолок. А можно посвящать ожиданию чуда стихи, и тогда ожидание испарится, чтобы возникнуть в другом доме, а чудо останется навсегда, даже если оно услышит стихи, которые пишешь не ты, а твой внутренний голос, ему ведь абсолютно все равно, кто их написал, главное, что они существуют на бумаге. Чудеса летят на стихи, как бабочки на свет, потому что страхи — это и есть свет, который только тогда способен завлечь чудо, когда станет гореть постоянно, независимо от того, ждешь ты чудо или нет, надеешься на него или нет. Чудеса летят на свет, а не на ожидание». И Ирины постепенно научились не ждать чудес, не задавать вопросы, а что же будет завтра? Они стали жить так, как жили до контакта, с одной существенной разницей, с тех пор каждый раз вечером просыпался интерес: какое открытие будет завтра, просто интерес, а не вопрос. И на завтра действительно были открытия, большие или малые, приятные неожиданности и черные полосы, но появилось одно — спокойствие и уверенность, что в результате все будет хорошо. Не мо­жет быть плохо, потому что Программа, в которой они волей судьбы оказались задействованы, основным своим девизом все-таки выносит Любовь к ближнему, даже если эти ближние готовы их встретить с оружием в руках.

Многие люди относятся к Контакту как к чему-то экзотичному, модному. Люди хотят, чтобы с ними просто вышли на контакт, «поговорить». Но ведь Контакт — это еще и тяжелая работа. Иногда казалось, откуда берутся силы участвовать в обыкновенной земной жизни и работать по 15—16 часов в сутки? Но если нужно были писать какую-то информа­цию, которая порой состоит из невероятных научных терминов и формул, в которых должны разбираться скорее всего кибернетики, или писать ин­формацию, где «звездные» требовали еще понять то, что девушки писа­ли, то силы находились неизвестно откуда. Казалось бы, зачем это им все нужно? Обыкновенный человеческий интерес, любопытство. Это с самых первых дней контакта. И только потом, когда было доказано, что то, что диктуется, не ложь, появилось чувство ответственности, что это кому-нибудь все равно когда-нибудь пригодится. В чем-то поможет ра­зобраться, изучить эту непонятную внеземную кибернетику, химию, фи­зику, и в конце концов — поставить под данной информацией свое ав­торство. Или стихотворная информация:

— Скажите что-нибудь хорошее.

 — Нам кажется, что все хорошее мы говорим вам в стихах. Если о хорошем говорить прозой, то хорошее становится фальшиво хорошим и не имеет права называться хорошим. Стихи — вот совершенство чело­веческой мысли, человеческого высшего восприятия духовного мира, который в своей основе материален. Вы должны говорить стихами, тогда ваши мысли станут понятны другим людям, потому что стихи воспринимаются не умом, а сердцем. Мир, внутри которого стучит горячее сердце, имеет право называться Душой, а Душа имеет право называться Вселенной. Стань сам Любовью, вмести в себя все разрозненные кристаллы любви, которые только в своем соединении образуют созвездие «Души человека». А будучи Душой –– ты бессмертен, как бессмертно и бесконечно все в этом мире. Постигни бесконечность в себе и ты поймешь, что смерти не существует. Рождение, замерзание и возрождение в другом обличии, в других «измерениях». Посмотрите на людей, поймите, что когда-то час­тицы, из которых состоите вы, станут частицами морей, деревьев, живот­ных, которые вас окружают. Говорите только о рождении, потому что смерти не существует. Это слово придумано одиночеством, которое посте­пенно угасает, замерзает, чтобы возникнуть во Вселенной новым созвез­дием — Созвездием Веры. А до Созвездия Веры еще никто никогда не долетал, потому что человеческая мысль не способна найти такие виды энергии, которые позволили бы развить космическим кораблям скорости, хотя бы приближающиеся к скорости Веры. Скорость света можно раз­вить в вакууме. Можно находить виды энергий, которые будут увеличи­вать многократно скорость света в вакууме, но скорость Веры в вакууме недостижима. Она существует вне вакуума, вне разума, она просто существует, как существует материальный мир. Исчезнет материальный мир в одной из точек Вселенной, но вера останется, Вера в то, что где-то за пределами человеческого разума существует точно такой же материальный мир, который и является порождением Веры. А все, что рождено Верой — бессмертно. Вернитесь к людям, позвольте разобрать им себя по клеточкам, позвольте им отразиться в вас и вы поймете, что ваш при­ход на эту планету — не случаен, как не случаен приход на вашу пла­нету каждого человека —

Смирно стоять на Земле!

Жить, но признаться в смерти

Легче всего на Луне,

Возьмите,

     Взлетите.

        Проверьте!..

Показалось, что это окончание какой то большой поэмы. Так и случилось. Девушки стали записывать. Сначала диктовала одна, затем другая, потом прошло какое то время, они записывали стихотворные строчки поразнь, но когда встретились и прочли друг другу то, что написали, убедились, что это части одного целого.

Так рождалась поэма «Послание Солунянам». Почему Солунянам?

Они — Луна, вернее основной Центр, откуда осуществляется контроль над Землей, находится на Луне, так девушкам объяснили. Стало быть, мы, земляне, - Солуняне, тоесть вместе с «лунянами»

Дайте себе труд прочесть все, что здесь написано, терпеливо до конца. Мы знаем, что это будет не просто, но попробуйте, может у вас получится ...слышать…

А начнем мы «Послание Солунянам» на той же высокой ноте, на которой оно записывалось…

Однажды двоим на планете Земля приснился один и тот же сон, сон наяву, в котором им кто-то ппрочел строки о планете земля, удивительные и страшные, заставляющие задуматься. Безразлично, кто действительно автор этих строк. Мы просто записали «ПОСЛАНИЕ СОЛУНЯНАМ» потому что Ядивод боится Землю, но хочет ее любить... И нам это не безразлично, как не безразлична каждая строфа, которую Вы прочтете...